Тот кто нарушает договор освобождает

Самоустранение

Тот кто нарушает договор освобождает

     Самоустранение  как качество личности –  склонность самовольно устраняться от своего долга, обязанностей, собственного дела; перестать заботиться о своих близких, своём деле.

      Жена сообщила мужу, что он бесчувственный наглец и бездельник, потому что она сидит с ребенком и устала, а он самоустранился от своих обязанностей, прохлаждаясь на работе целыми днями.

Через день муж, поразмыслив, сказал жене, что с удовольствием уволится и посидит с ребенком вместо нее.

В ответ на это жена сообщила супругу, что он — бесчувственный наглец и бездельник, мечтающий развлекаться дома с ребенком и увиливающий от прямых обязанностей мужчины — обеспечивать семью.

      Самоустранение – это позорное и греховное бегство от своих прямых обязанностей. Это пренебрежение моральным долгом. Седина — в бороду, бес – в ребро. И вот престарелый Дон Жуан начинает волочиться за «свежатиной», начисто забывая о жене и детях, то есть, полностью утрачивая чувство долга и представления об ответственности.

      У бывшего хорошего семьянина появляется чувство неудовлетворенности жизнью, желание всё поменять, пока еще есть силы. Нынешняя семейная жизнь наводит на него уныние и тоску.

Поэтому он пытается обрести новый вкус счастья. Налицо кризис семейной жизни. Кризис – это суд, пройдя который нужно сделать настоящий разумный выбор: не делать никакого выбора.

Нужно развивать отношения дальше и честно исполнять свои обязанности перед семьей.

      Если за нами остаются брошенные близкие люди, они будут преследовать нас из жизни в жизнь. Здесь не получится реализация присказки: «Кому я должен, всем прощаю».  Долг платежом красен. Те, кому мы должны, будут рождаться в нашем новом воплощении в новой семье в виде детей. Поверьте, они позаботятся, чтобы с лихвой забрать должок, а мы об этом даже и не догадываемся.

      Когда в семье кто-то один не выполняет свой долг, свои обязанности, то второму гораздо сложнее выполнять свои. Таким образом, каждый обязан делать то, что соответствует его природе.

Гёте говорил: «Долг — это любовь к тому, что сам приказываешь себе». Р. Хайнлайн развивает эту мысль: «Не надо смешивать «долг» с тем, что от тебя ожидают люди; это совершенно различные понятия.

Долг — это обязанность, которую ты сам взвалил на себя, обязанность перед самим собой».

     Порядочный человек уважает общественный и моральный долг. Он живет так, как будто у него за спиной постоянно стоит Бог. Поэтому не самоустраняется от общественного долга, а, наоборот, добросовестно выполняет все объективные обязанности, которые человеку предписано выполнять.

Где обитает человек, везде появляются обязанности: на работе, на отдыхе, в учебе, в общественной деятельности, дома, в семье, в общественных местах, по отношению к друзьям, окружающим людям, природе, а также самому себе.

Прогресс общества зависит от того, насколько каждый хорошо выполняет свои обязанности независимо от личных желаний и склонностей.

     Родившись, человек автоматически становится должником своих предков. И для того, чтобы выплатить этот долг, он должен, по мнению Игоря Прокошева, —  сам обзавестись детьми, вырастить их и таким образом отдать долг, то есть выполнить свои обязанности перед предками.

Если этого не происходит, и такой человек не посвящает себя какой-то возвышенной деятельности, служению Богу, например, то, фактически, он зарабатывает себе очень большую проблему, он становится должником. Мы знаем, что если долг не заплачен вовремя, то он нарастает.

И это основная обязанность в семейной жизни – брак ради того, чтобы родить и воспитать детей. Это не союз двух людей, которые просто делают друг другу приятно, как сейчас принято считать. Брак без детей похож на пустой кувшин. У женщины, которая не имеет детей, очень быстро начинаются психологические проблемы.

В природе женщины – посвятить себя заботе, причём не только о муже, который стоит над ней, но также ей нужны младшие, те, которые зависят от неё, в частности эмоционально. Тогда она может реализовать свою родительскую природу. И когда дети вырастают, основная идея брака на этом заканчивается.

Мы выносим из этих отношений определённый опыт и, в частности, дух служения, дух бескорыстия.

   Социологи и психологи утверждают, что для счастья в семье необходимо девять составляющих:

  • Нежность и мягкость в отношениях.
  • Общие интересы и жизненные ценности.
  • Любовь к детям и интерес к их жизни.
  • Способность заботиться и отвечать на заботу.
  • Чуткое отношение к нуждам и желаниям друг друга.
  • Отсутствие желания властвовать.
  • Элементы игры, совместные развлечения.
  • Хорошо развитое чувство юмора.

     Основное правило поведения в любви: любящий человек, увидев хорошее, говорит об этом, а увидев плохое — молчит. Нелюбящий же, увидев хорошее, молчит, а увидев плохое — говорит. Судьба же видит все, но сначала не говорит ничего…

     Самообманом можно самоустраниться от исполнения своих обязанностей, но, к счастью, личный контролер – совесть, стоит на страже морального долга. Представительство Бога в человеке – совесть, не дает упростить процедуру самоустранения от общества.

      Бывают в жизни ситуации, когда, казалось бы, необходимо и оправдано самоустраниться от своих обязанностей, но совесть, моральный долг не дают этого сделать.

       Польский педагог Януш Корчак писал: «Пошли мне, Боже, тяжелую жизнь, но красивую, богатую, высокую». Когда началась Вторая мировая война и была оккупирована Варшава, Корчак остался со своими воспитанниками, несмотря на угрозу преследования.

В 1940 году его арестовали, несколько месяцев он просидел в тюрьме, откуда его выкупили его бывшие воспитанники. Он возвращается в «Дом Сирот», который находился на территории Варшавского гетто.

Положение детей там с каждым днем ухудшалось, но Корчак до самого конца стремился поддержать дух детей. Множество людей пытались уговорить Корчака покинуть гетто, зная, что власти разрешили ему уходить и возвращаться, но Корчак отказался бросить детей и спасти свою жизнь.

5 августа 1942 года детей «Дома Сирот» отправили в концлагерь в Треблинку. Через несколько дней Януш Корчак вместе со своими детьми вошел в газовую камеру.

    Вот как описывает этот день Виталий Комаров: «6 августа Корчак, по обыкновению, встал рано. На завтрак могли подать немного картофельных очисток или старую горбушку, а может, и по тщательно отмеренной в маленькую кружку порции эрзац-кофе.

Корчак уже начал было собирать со стола, когда раздались два резких свистка и прозвучала команда «Alle Juden raus!» («Все евреи на выход!»). Неожиданность была частью немецкой стратегии. Заранее ничего не объявлялось. План на это утро предусматривал эвакуацию большинства детских учреждений в Малом гетто.

Нижняя часть улицы Слиска уже была блокирована эсэсовцами, отрядами украинцев и еврейской полицией.

Помогая детям построиться в колонну по четыре человека в ряду, он, должно быть, надеялся, что при любой, пусть самой ужасной ситуации сможет использовать свое обаяние и силу убеждения, чтобы раздобыть немного хлеба и картошки, а может быть, и какие-то лекарства для своих юных подопечных.

И он сам останется рядом с ними, чтобы поддерживать их дух, быть их проводником, куда бы ни пришлось идти. Дети боязливо строились, сжимая в руках фляжки с водой, любимые книги, дневники, игрушки. Он должен был хотя бы попытаться ободрить их.

Но что он мог им сказать — он, чьим правилом было никогда не обрушивать на детей неожиданности, он, утверждавший, что «долгое и опасное путешествие требует подготовки».

Что мог он сказать им, чтобы не отнять у них надежду, да и не потерять ее самому? Возможно, он высказал мысль, что в том месте, куда они направляются, могут расти такие же сосны и березы, как в их любимом лагере, а уж если там есть деревья, то уж без птиц, кроликов и белок не обойтись.

Но даже человек с яркой корчаковской фантазией не мог предположить, что на самом деле ожидало и его, и детей. Никто еще не смог убежать из Треблинки, чтобы рассказать правду. Они ехали не на восток. Их пунктом назначения был лагерь немедленного уничтожения в шестидесяти милях к северо-востоку от Варшавы. В Треблинке даже не ночевали.

Немцы устроили перекличку — сто девяносто два ребенка и десять взрослых. Корчак возглавил эту маленькую армию — потрепанные остатки многих поколений честных солдат, которых он воспитал в своей детской республике. На руках он нес одного ребенка, а другого вел за руку. За ними на небольшом расстоянии шла Стефа с детьми от 9 до 12 лет.

Корчак спокойно разговаривал с ними, при этом время от времени оборачивался, чтобы подбодрить идущих за ним детей. Еврейские полицейские шли с обеих сторон колонны. Немцы и украинцы пинками и дубинками загоняли людей в пахнущие хлоркой вагоны, но место все же оставалось. По свидетельству некоторых, в момент погрузки детей немецкий офицер прошел через толпу к Корчаку и передал ему какую-то бумагу. Влиятельный член CENTOS ходатайствовал перед гестапо о Корчаке и, как утверждают, Корчак получил разрешение вернуться, но без детей. Корчак покачал головой и жестом руки попросил офицера отойти. Корчак повел на посадку первую партию детей, а Стефа — вторую. В отличие от хаотической толпы кричащих людей, подгоняемых плетьми, приютские дети шли по четыре в ряд со спокойным достоинством. Это было похоже не на погрузку в товарные вагоны, а на марш молчаливого протеста против режима убийц…»

Петр Ковалев 2014 год
Другие статьи автора: https://www.podskazki.info/karta-statej/

Источник: https://podskazki.info/samoustranenie/

Пьер Буаст. Афоризмы и высказывания французского лексикографа

Тот кто нарушает договор освобождает
Кто в мыслях готов совершить преступление, тот, может быть, даже преступнее того, кто совершил его.

­

Клятвы в любви доказывают её непостоянство: верная дружба их не произносит.

­

Мы ищем новых друзей, когда старые нас слишком хорошо узнают.

­

Женщины никогда не бывают так сильны, как тогда, когда они вооружаются своим бессилием.

­

Красивые женщины умирают два раза.

­

Прежде чем клясться женщине никого не любить, кроме нее, следовало бы увидеть всех женщин или же видеть только ее одну.

­

Политика переодевает ложь в истину, а истину в ложь.

­

Уединение с книгой лучше общества с глупцами.

­

Тот, кто нарушает договор, освобождает от всякого обязательства другую сторону.

­

Самый бедный — это тот, кто не умеет пользоваться тем, чем располагает.

­

Самая благородная и сладкая месть — это прощение.

­

Ищите людей, разговор с которыми стоил бы хорошей книги, и книг, чтение которых стоило бы разговора с философами.

­

Если у человека нет цели, то жизнь его есть не что иное, как продолжительная смерть.

­

Не делайте из ребёнка кумира: когда он вырастет, то потребует жертв.

­

Излишняя деликатность мешает счастью.

­

Часто платят счастьем всей своей жизни за удовольствие высказать свое мнение.

­

Есть две морали: одна — пассивная, запрещающая делать зло, другая — активная, которая повелевает делать добро.

­

Если вы получили хорошее воспитание, не братайтесь с дурно воспитанными людьми: неотесанные поверхности царапают глянец.

­

Республика позволяет солдатам быть гражданами, деспотизм делает из них палачей.

­

Самонадеянные большей частью бывают людьми посредственными.

­

Самое мучительное сожаление состарившейся хорошенькой женщины — это сожаление о самой себе.
­

Если человек никогда не владеет своими чувствами, то должен всегда владеть своими выражениями.

­

Великое дело законодательства состоит в том, чтобы создавать общественное благо из наибольшего числа частных интересов.

­

Самое жестокое одиночество — это одиночество сердца.

­

Одно из величайших заблуждений — это думать, что все чувствуют, видят и мыслят точно так же, как и мы.

­

Если насилие — это правая рука политики, то хитрость — её левая рука.

­

Язвительность в женщине так же противна, как уксус в молоке.

­

Удовольствия становятся пресными, а скорби ещё мучительнее, если не с кем их разделить.

­

У женщин слишком много воображения и чувствительности для того, чтобы иметь много логики.

­

Роскошь извинительна только в такой стране, где никто не умирает от голода или от холода.

­

Обиды записывайте на песке, благодеяния вырезайте на мраморе.

­

Искусство слушать почти равносильно искусству хорошо говорить.

­

Женщина, считающая достоинством свою красоту, сама заявляет, что большего достоинства у нее не имеется.

­

Без женщины заря и вечер жизни были бы беспомощны, а ее полдень – без радости.

­

Светоч истины часто обжигает руку того, кто его несет.

­

Смех умного виден, а не слышен.

­

Самое быстрое средство увеличить свое состояние — это уменьшить свои потребности.

­

Молчание не всегда доказывает присутствие ума, зато всегда доказывает отсутствие глупости.
­

Можно все, что хочешь, когда хочешь только то, что следует.

­

Иной раз учтивость походит на материю, которой обертывают колющие инструменты.

­

Заблуждение неразрушимо: слишком многие находят в нем свою выгоду.

­

Усилия, употребляемые ради приобретения состояния, мешают пользоваться им.

­

У гордости может быть благородное великодушие, у тщеславия никогда ничего не бывает, кроме низкой зависти.

­

Почти все уверены, что будут счастливы в будущем, и уверены, что были счастливы в прошлом.

­

Политика провозглашает великие принципы, но признает только право сильного.

­

Плохой генерал ведет за собой стадо жертв.

­

Нет презираемых ремесел, есть только презренные люди, бесчестно занимающиеся ими.

­

Мало есть людей, которые были бы всегда достойны называться людьми.

­

Люди, считающие деньги способными все сделать, сами способны все сделать за деньги.

­

Будьте кратки; верное средство заставить слушать себя — это сказать много в немногих словах.

­

Человек должен употребить первую часть своей жизни на то, чтобы беседовать с мёртвыми — читать книги; вторую на то, чтобы разговаривать с живыми; третью на то, чтобы беседовать с самим собой.

­

Честное имя — самая великолепная гробница, какую только можно иметь.

­

Чем более гоняются за удовольствием, тем менее можно избежать скуки, следующей за ним.

­

У истины, так же как и у заблуждения, есть свои фанатики.

­

Труднее управлять теми, которые жаждут известности и наслаждений, нежели теми, которым хочется хлеба.

­

Самым злым человеком бывает вовсе не тот, кто таким кажется.

­

Словно играя в жмурки, мы гоняемся за удовольствием, а когда, поймавши его, мы снимаем повязку с глаз, оно никогда не бывает таким, каким мы его представляли.

­

Самые страшные бури рождаются от народных волнений.

­

Самое чувствительное наказание, какому может подвергнуться тщеславие, — это презрительное невнимание.
­

Судьба одинаково поражает и сильных, и слабых, но дуб падает с шумом и треском, а былинка — тихо.

­

Революции походят на шахматную игру, где пешки могут погубить короля, спасти или занять его место.

­

Никогда не шутите иначе, как с умными людьми.

­

Лживые обещания раздражают больше, чем откровенные отказы.

­

Любовь к прошедшему времени чаще есть не что иное, как ненависть ко времени настоящему.

­

История человека почти всегда бывает историей несправедливостей многих людей.

­

Истина для глупцов — то же, что факел среди тумана: он светится, не разгоняя его.

­

Женщина была бы в отчаянии, если бы природа создала её такой, какой делает её мода.

­

Желания походят на аппетит: иметь их очень много — значит всегда страдать; вовсе их не иметь — это почти то же, что умереть.

­

Если бы все человеческие желания исполнялись, земной шар стал бы адом.

­

Героические души не имеют тела.

­

Источник: https://zen.yandex.ru/media/quotes_and_aphorisms/per-buast-aforizmy-i-vyskazyvaniia-francuzskogo-leksikografa-5e7a5369f72eb86cfa8a100d

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.